Я учился в школе №89 с 1968 по 1972 год, с 1-го по 4-й класс.

   Не помню точно, во 2-м или в 3-м классе мы начали ходить "за сетку" и, обнаружив примерно в 1 км железную дорогу, проходящую в выемке грунта, и довольно свежие окопы и блиндажи, окультуренные свежими бревнышками (видимо там обучали молодых солдат на "натуре"), ходили туда чуть-ли не каждый день.

   Поначалу все ограничивалось обыкновенной игрой в "войну" с натуральными декарациями. Через неделю это поднадоело, и мы начали подкладывать на рельсы обыкновенные гвозди разного размера, из которых получались очень симпатичные сабельки. Через неделю у меня набралась целая коробка из-под обуви.

   Стало сучно.

   Проезжающий на мопеде, вдоль железки, немецкий обходчик был решительно атакован кусками дерна, после чего позорно бежал, услышав вслед отборную русскую речь и писклявые возгласы "У-р-а!".

   Стало скучно.

   Самые серьезные товарищи(а нас к тому времени уже человек 10-12 туда регулярно ходило) предложили атаковать проходившие через каждые 15-20 минут поезда. Возражать никто и не думал. Мы же находились в настоящих окопах, а поезда(часто двухэтажные) были немецкими-это раз, и шли они на Берлин или из Берлина-это два.

   Иммитировав атаку нескольких составов забрасыванием комками земли и кусков дерна, было решено перейти к более эфективным действиям, и дерн был заменен на щебенку. Звание "Героя Советского Союза" присваивали тут-же, в окопе, за разбитое стекло в вагоне. Я был "дважды Герой".

   Через три дня после первой атаки всех нас вычислили в школе. То ли кто-то проговорился о наших подвигах, то ли армейская разведка профессионально сработала, после жалоб немцев в комендатуру(думаю жалобы были), но всех наших отцов выстроили в политотделе, не взирая на звания, и не зная что же делать с такой солидной группой старших офицеров, приказали провести партполитработу со своими отпрысками. Со мной лично эта работа была проведена, я ее отлично помню. Видимо, только потому, что нас было так много, решили это дело как-то замять, а с немцами как-то договорились или вобще проигнорировали их претензии. Нас же немцы не ловили.

   После, я на железной дороге появлялся исключительно на вокзалах и в сопровождении родителей.